Анастасия Татулова

Основательница сети семейных кафе «Андерсон», общественный деятель

Анастасия Татулова о женском предпринимательстве и о том, как построить город, в котором хочется жить

Как построить бизнес, в котором тебе будет комфортно?

У меня есть несколько вопросов, на которые мне сложно отвечать, вот этот вот, в частности «Как вы совмещаете бизнес и личную жизнь?». Я никак не совмещаю, потому что у меня нет разделения. Ну, то есть есть люди, наверно, которые правда делят, а у нас даже внутрикомпанейский такой есть хештег, и мы его не придумывали, консультантов не нанимали. У нас написано: «Я не работаю – я так живу». Оно про нас. И я строю так, как мне комфортно. Потому что, если я начинаю делать то, что я считаю неправильным, для меня это вообще саморазрушительная штука. Поэтому это опять про эгоизм, про такой здоровый, нормальный какой-то эгоизм  – жить и работать в том, в чем хочется жить и работать. И с людьми у нас также. Мы настоящие и вот это, наверное, тоже самая главная штука. Долго придуриваться нельзя, это как с браком, ну, то есть можно себя продать как демоверсию кому-нибудь, но потом как бы жить с этим придется, то есть либо тебе придется становиться этой демоверсией, либо неприятности начнутся. Поэтому мы стараемся и на входе в компанию объяснять, и с людьми так разговаривать, и жить так, что надо по-честному. И если ты вот такой настоящий и тебе с этим комфортно, и ты будешь получать удовольствие от компании, и компания будет получать удовольствие от тебя. Эта синергия, она будет классная. Мы очень много работаем, много времени проводим на работе. И надо понимать, что, если при этом тебе некомфортно и плохо, то зачем все это? Это не к тому, что ты должен на работе каждые пять минут делать только то, что тебе нравится, в это я тоже не верю. Но просто все, что происходит, оно должно быть тебе нормально, органично. Мы не придуриваемся, мы все довольно тут жесткие, ироничные, саркастичные иногда, и у нас это нормально совмещается с детьми. Потому что для нас дети тоже это не “уси-пуси” и «ах какая деточка пошла!». Это и про поприкалываться, и пошутить, и про то, что все дети равны, но ты всегда равнее (у аниматора тоже такая задача есть, что все дети равны, но ты всегда должен быть главнее, потому что должен быть лидер). Ну, в общем, не могу я разделить бизнес, не бизнес. Я делаю так, как я считаю правильным. Не факт, что это правильно для всех. Но для той аудитории, которая ходит в «Андерсон», они примерно такие, как я и им тоже нормально, скорее всего.

В чем секрет успеха кафе “Андерсон”?

У нас одна из самых главных вступительных вещей, когда мы на ассессменте смотрим людей в компанию, это чтобы человек улыбался, особенно в сервисных подразделениях. Вот всему остальному можно научить, но невозможно научить улыбаться. Дальше можно потихонечку объяснять, что это очень клево, когда ты здороваешься, например, с каждым гостем в кафе не просто потому, что у тебя скрипт такой и тебе надо. И мы вот все это объясняем, что улыбаться важно, здороваться важно. Это не потому, что это важно только в «Андерсоне», а потому, что ты улыбнулся, дальше человек улыбнулся, дальше в лифте все поздоровались. В общем, это просто способ такой жить в каком-то более комфортном мире. Для меня это чистой воды эгоизм на самом деле, это не потому, что я такая. Сейчас очень много этого “Я делаю бизнес, чтобы мир сделать лучше”. Нет, я делаю так, чтобы мне было лучше. Мне просто не нравится жить в каком-то другом городе, мне нравится в таком. Поэтому я его формирую для себя. Мне кажется, это очень многие бизнесмены делают на самом деле, очень многие предприниматели. Этот замечательный человек, который владеет «Асконой», он вообще Доброград построил. Мы же здесь живем, мы же не переезжаем, поэтому нам хочется, чтоб мир вокруг выглядел так, как нам хочется.

Какое место занимает благотворительность в вашей жизни и жизни компании?

Когда-то, пять или шесть лет назад на вопрос о том, что мне подарить на день рождения, а то сейчас опять какая-нибудь лошадь будет, я говорю: слушайте, сделайте хорошее дело, вместо бессмысленной ерунды давайте вот сколько хотите потратить по компании, соберите, и мы их в хоспис отдадим. А хоспис мне обложку с ежиком, я с ней хожу и с паспортом, и красивый диплом. Причем мы стараемся нецелевые деньги собирать, а просто чтобы хоспис распорядился ими так, как они считают нужным.

Я очень уважаю людей, которые занимаются благотворительностью, которые работают в фондах, скорее всего, я бы так не смогла. Для меня деньги, наверно, имеют даже меньшее значение, чем время, и вот, чем я могу им помочь это только деньгами, я временем помочь не могу. Мы перечисляем какие-то деньги, делаем какие-то совместные акции. В общем, это правда не про то, что мы такие клевые, мы помогаем, да нет, это просто возможность присоединиться деньгами к людям, которые тратят много времени на это. Это правда самое-самое простое, что можно сделать. У меня есть принципиальный момент, я не помогаю адресно никаким детям. Я никому не помогаю адресно. Я считаю, что вот есть люди, которые занимаются этим профессионально и гораздо более правильно, которым нужно обеспечивать работу фонда, которым нужно обеспечивать  работу волонтеров, покупать медикаменты и они должны распоряжаться этими деньгами, как они считают правильным. А я распоряжаюсь деньгами так, как я считаю правильным. И я считаю, что, если они профессионалы в этом, они это сделают лучше, чем я. Я не помогаю адресно, я помогаю фонду. Я не слежу за тем, куда они их потратили. Я считаю, что они их потратили максимально эффективно, как смогли. Бизнес куда легче. Бизнес вообще легче всего, бизнес легче в воспитании детей, бизнес легче в благотворительности, бизнес точно легче. После бизнеса следующей по тяжести идет благотворительность, а потом воспитание детей, это самый треш прям. Тебе никакой бизнес не страшен, если у тебя есть два подростка, мальчики, и ты это пережил.

Вот про женское предпринимательство тоже частый вопрос. Просто женщина она многозадачная и после того как она, например, тремя детьми поуправляла, еще там муж, еще еда, еще родители и все вот это совместилось… ей бизнес – тьфу, элементарно!

Женское предпринимательство отличается от мужского?

Я считаю, что разница есть. Откровенно говоря, я не феминистка и я не за какое-то там сильное гендерное неравенство. Но, во-первых, Россия изначально довольно мужская страна, и поэтому в случае с женским предпринимательством важно показывать, что это можно, что это не страшно. И почему я вообще стала этим заниматься, потому что мне кажется, что для страны сейчас очень важно женское предпринимательство. Женщины идут в те отрасли, в которые мужчины не очень хотят идти, или они идут, но занимаются этим, может быть, не с той степенью детальности. Женщины занимаются простыми, понятными вещами: это благоустройство двора, города, страны, это работа с детьми, это работа там с инвалидами, практически все благотворительные фонды, которые есть, это все женщины. Ну, есть там и у Хабенского замечательный фонд, но подавляющее большинство людей – это все равно женщины. И поэтому женщины более склонны к социальному предпринимательству. И мне кажется, для страны это важно, вот в данный конкретный момент времени это важно. Именно поэтому женское предпринимательство можно и нужно поддерживать. А что касается каких-то там особых преференций… на самом деле есть просто разумные вещи, например, процент возвратности женщинами кредитов гораздо выше и у нас и в мире, и это доказано. И этот процент практически стопроцентный. Потому что женщина понимает, что за ней дети точно, за ней там еще родители и муж иногда тоже за ней, и ей нужно где-то будет жить, поэтому она менее склонна к риску. Это может отражаться, например, на банковском проценте, ну он должен быть более выгодный, это тоже, мне кажется, совершенно логичная бизнес-штука, ее можно делать.

Что очень важно, с чем я и к Президенту обращалась, я считаю, что сажать по предпринимательским статьям до вынесения приговора невозможно. Откровенно говоря, я считаю, что это прям ну космическая какая-то дурь. Но все равно в стране продолжают это делать всякими правдами и неправдами, несмотря на указы Президента, несмотря на то что уже минимизировали количество таких статей, все равно пытаются под другие как-то и все равно держать в предварительном заключении. Но когда они делают это с женщинами с маленькими детьми или там с беременными, упаси боже, ну это вообще, мне кажется, нонсенс какой-то. Поэтому я тут считаю, что еще жестче должен быть закон, который запрещает это делать. Виновата, окей, есть приговор суда – нет вопросов, но до приговора суда это невозможно.

По вашим ощущениям, ответственных людей в России становится больше?

Ментально мы почему-то не готовы брать ответственность на себя, мы все время хотим выбрать того, на кого эту ответственность можно было бы переложить. Это может быть государство абстрактно, Путин, Собянин, там, иже с ними… все вообще. Это может быть кто угодно, это может быть кафе, в которое ты привел ребенка, детский сад, в который ты его привел, это может быть тот, кто построил горку. Ну, в общем, мы все время ищем какие-то способы назначить виноватого.

А с другой стороны, нечистоплотных людей, которые понимают, что это может быть заработок вот такой вот, когда что-то произошло или ты сказал, что что-то произошло… У нас  была совершенно какая-то потрясающая ситуация, когда папа в Зеленограде, раскладывая шезлонг (ему захотелось разложить его как-то по-другому, хотя шезлонги на летней веранде стоят в Зеленограде). Когда раскладывал шезлонг, он ударил по голове собственного ребенка, сильно ударил. И кафе сразу вызвало скорую. На следующий день из кафе директор приехал, навестил ребенка в больнице, привез игрушку. Мы своей вины не чувствуем, у нас шезлонги все разложенные. Ну, то есть как бы не было необходимости раскладывать и складывать этот шезлонг.  Но папа, когда вышел из больницы, пришел и сказал, что хочет сто тысяч за моральный ущерб. Черт его знает, вот как так. Мы вообще на переговоры с шантажистами никакими не ходим, мы застрахованы везде, и плюс еще мы говорим – окей, вообще давайте в суде тогда разбираться, раз так. Но подход удручает.

Когда опускаются руки, как вы справляетесь?

У всех опускаются иногда руки, когда ты понимаешь, что ты шел на Одессу, а вышел к Херсону.  Как бы вроде бы все правильно делал, но что-то в конце не срослось. Вот я вчера была на дне рождения, на большом, на двести человек. А там люди все время подходят, потом говорят – ой, вы знаете, я вас знаю, спасибо вам за «Андерсон», мы к вам ходим, вот мой ребенок сказал – только в «Андерсоне» день рождения праздновать. И думаешь – ну все остальное это же такая мелочь по сравнению с этим. Просто это важно, важно, что то, что ты делаешь, кому-то приносит радость, кроме тебя.

Каким фондам доверяете лично вы?

«Вера», «Подари жизнь», «Дом с маяком», этот фонд, ну, «Обнаженные сердца», фонд «Выход», «Дети Марии», «Детские деревни SOS». «Галчонок». Их очень много, крутых вот этих людей, которые это делают. Я даже не знаю, как они умудряются, как они умудряются не сойти с ума в этом. Это очень сложная работа, я бы так не смогла.

PS

Что может вывести вас из себя?

Меня раздражает тупость, меня раздражает тупость громкая. Бестактность тоже раздражает. Безответственность, наверно, вперед всего остального, очень. Вот мне кажется, что корень всех проблем, которые есть в стране – в безответственности, в нежелании человека отвечать за свои поступки. Ну, по мелочи много чего раздражает, как всех, не знаю… отсутствие солнца тоже раздражает.

 

Как бы вы потратили Нобелевскую премию?

Я бы купила дом в Сочи. Тут ключевое слово «внезапно». Вот раз – и у тебя внезапно какие-то деньги, которые ты не планировал, и ты – раз, думаешь, “на себя потрачу!”. Потому что все остальные деньги, которые у меня бывают, я внезапно на себя не трачу.

Кто в 21 веке сделал больше всего для того, чтобы в России стало лучше жить?

Для меня Собянин мой герой, я считаю, что это надо такой крепкой нервной системой обладать и вот прямо как танк идти, идти, настаивать на своем и делать вот это, для того чтобы в итоге город стал таким, какой он сейчас.

Это Марк Захаров, который точно сделал для людей кучу всего и заставляет задуматься над какими-то вещами. Ну это, наверно, с XX в XXI век уже переходит. Нюта Федермсессер абсолютно точно. Это человек, при котором хосписная помощь стала государственным вопросом, о котором начали говорить вслух. Мне кажется, это тоже очень важно. Дуня Смирнова с ее фондом про аутизм, и это такой же вопрос, о котором просто было не принято и стыдно говорить. Она, мне кажется, для этих людей сделала вообще невозможное, они себя нормальными людьми чувствуют. «Баста», которая помогает этому фонду. Благодаря «Басте», который стал послом этого фонда, папы перестали уходить из таких семей. Это вообще космос, ну, то есть мне кажется, им только одно это можно сделать и больше вообще ничего не делать.

Если бы в Википедии можно было написать только три слова о вас, что бы вы написали?

Предприниматель, мама и друг. Мне кажется, это исчерпывающе будет.

Рекомендуемые фонды

  • 39
    Поделились